БЕРЕГИСЬ… ИГРУШКИ!

toys

У меня (да и не только у меня) в детстве  игрушек  было немного. Тогда при всем желании завалить игрушками полкомнаты не представлялось возможным. Жили стесненно, каждый  метр жилплощади был на счету. У нас, например, когда семья  укладывалась спать, все свободное пространство  занималось  раскладушками. Людям негде было повернуться. Какие уж там горы игрушек?!

Сейчас рассказы про коммуналки кажутся большинству  детей «ужастиками». И выбор игрушек такой, какой нам  даже  не снился. Пределом мечтаний для моих сверстниц  была  немецкая резиновая кукла с открывающимися глазами и  волосами,  которые можно было мыть и  расчесывать.  Чье  воображение  нынче этим потрясешь?..

Почему современные родители, придя на прием к психологу,  нередко  жалуются, что ребенок не хочет играть, хотя игрушек у него больше, чем в ином магазине? И почему  психологи  все  настойчивей  бьют тревогу, соединяя два, на первый взгляд, несоединимых  понятия: » детские игрушки» и «опасность»?

ИЗОБИЛИЕ — ТОЖЕ СТРЕСС

Впервые я услышала об этом за границей и, помнится,  не поверила. Нам, уставшим от вечного  дефицита,  это  казалось немыслимым. Но теперь мы имеем возможность прочувствовать  многое  на  собственном опыте. И этот опыт свидетельствует, что чрезмерное  разнообразие тоже действует на психику угнетающе.  Женщины  не  раз жаловались мне, что попав в крупный супермаркет, они  быстро устают, впадают в какое-то оцепенение, затормаживаются.  Так реагирует психика, не выдерживая напора новых впечатлений. А кто-то, как выразилась  моя  знакомая,  наоборот,  «шалеет», глаза у него разбегаются, хочется купить одно,  другое,  пятое, десятое, а денег на все не хватает… И вместо  радости возникают раздражение, досада, расстройство. На  языке  психоанализа такое состояние называется фрустрацией.

Детская же психика еще более  уязвима.  Поэтому  многие мамы опасаются сейчас заходить с детьми-дошкольниками в  магазины игрушек, зная, что у малыша разбегутся глаза, и  дело обязательно кончится слезами. Но даже если насытить его  непомерные аппетиты, это все равно ненадолго. Ну,  позабавится денек с новыми игрушками, а назавтра может на  них  даже  не взглянуть. Пресыщение влечет за собой скуку, апатию. Вот почему педиатры раньше настоятельно советовали  родителям  давать ребенку для игры всего несколько игрушек,  а  остальные убирать подальше, чтобы он их подзабыл и потом, когда  произойдет выдача очередной «порции»,  увлеченно  играл  ими,  как абсолютно новыми.

ГДЕ ПРОСТОР ДЛЯ ТВОРЧЕСТВА?

Не способствует развитию  детской  инициативы  и  новая тенденция создавать полностью укомплектованный мир  игрушечных персонажей. Самый яркий пример -»империя  Барби».  Для нее можно приобрести в магазине все, начиная  от  нарядов  и кончая автомобилем или яхтой.  Вроде  бы  здорово,  лишь  бы деньги были. Но человека, разбирающегося в детской  психологии, это в восторг не приведет. Ребенку для развития необходимо прикладывать какие-то усилия: домысливать, фантазировать, учиться делать многое своими руками. Зачем  шить,  рискуя  уколоться иголкой, выкраивать из лоскутков, распарывать и  перешивать,если что-то не получится, когда кукольное платье  можно  купить в магазине? Зачем напрягаться?

В итоге формируется  психология  потребителя,  привычка скользить по поверхности, уклоняться от трудностей — то,  на что сейчас так часто сетуют родители и что очень мешает  ребенку, когда он поступает в школу. Ведь игра,  по  определению крупнейшего детского психолога Д.Б.Эльконина, это  «школа произвольного поведения». Ребенок, играя, учится  контролировать свои эмоции, действовать по чужому  заданию,  а  не только по собственной прихоти, осваивает трудные  виды  деятельности. Взять хотя бы нанизывание бус. Трудно даже  перечислить, сколько полезных умений и навыков получит  девочка, сделав такое украшение своими руками. Это вроде бы  незатейливое занятие тренирует мелкую моторику, усидчивость и  внимание, способствует освоению формы предметов,  может  помочь в овладении счетом, развивает художественный вкус  и  фантазию, учит заботе о других (если бусы предназначены для  куклы или кому-то в подарок). Всего этого ребенок, которому купили игрушечные бусы в магазине, будет лишен.

А какой простор для творческой фантазии  предоставляется мальчишке, мастерящему для сестры кукольный дом, или  детям, устраивающим миниатюрный дворец из кресел,  покрывал  и подушек!

ЗАБАВА ДЛЯ МУЖЧИН

Кстати о Барби. Она по-прежнему в  моде,  хотя впечатления, который длинноногая красотка производила несколько  лет  назад, уже нет и в помине. А некоторые родители даже понимают, что широко разрекламированная игрушка — вовсе  не безобидное развлечение.

Говорят, что первоначально кукла Барби предназначалась для … увеселения взрослых. Правда, звалась она тогда по-другому  и была гораздо больших размеров. В середине XX в. ее  попробовали было продавать в Германии в качестве «сексуальной  партнерши» для моряков. Однако в обществе  поднялась  буря  возмущения. Игрушке пришлось эмигрировать  в  Америку,  где  она  сильно сократилась в размерах и обрела новое имя.  Но  облик  «секс-бомбы» остался, и это принципиально отличает Барби от традиционных кукол.

Возьмите любую куклу «до эпохи  Барби»: малыша-голыша, резиновую или пластмассовую девочку, принцессу с  фарфоровым личиком, — и вы сразу заметите, что даже у самой  расфуфыренной кукольной красотки не было тех форм взрослой  женщины, которые есть у любой модификации Барби. Вроде бы  пустяк, а на самом  деле  поистине  революционный  переворот. Традиционная кукла недаром лишена взрослых форм. Это  прообраз ребенка. А девочка, играя, становится в опекающую  материнскую позицию. Она воспроизводит действия взрослых:  пеленает «дочку», кормит, укачивает, и таким образом  с  детства готовится исполнить главное предназначение женщины  -  материнство. С Барби же в «дочки-матери»  толком  не  поиграешь. Какая из нее  дочка?  Нет,  это  скорее  игра  во  «взрослую жизнь», для которой, кстати, в «империи Барби»  предусмотрена масса атрибутов: особняки и машины,  кареты,  бассейны  с зонтиками и лежаками, мужья и любовники…

- Но в старину девочки из богатых семей тоже  играли  с разряженными куклами, изображавшими светских дам,  -  возразит какой-нибудь знаток дворянского быта.

Да. С той только  разницей,  что  играл  таким  образом очень узкий слой детей. И воспроизводили они в  игре  модели поведения взрослых женщин своего круга. Это тоже  была репетиция реальной жизни, подготовка к роли светской  дамы. А к чему  готовятся  современные девочки, играя в Барби? Разве их мамы и бабушки живут  в антураже голливудских звезд? И стоит ли потом удивляться  обилию  малолетних проституток, которые идут на панель вовсе не из-за  куска хлеба, а мечтая о шикарной жизни?

Кроме того, для дворянок светские рауты и  визиты  были не просто увеселением. Выражаясь современным языком, это были «общественные связи», public relations. В определенном смысле это была их  «работа». Сейчас же подавляющее большинство женщин так не  живет, и жизнь Барби вполне справедливо воспринимается детьми как сплошная праздность, на которую ребенок может подсознательно нацеливаться, перенося модели  ролевой  игры  в  реальность.

Причем тут уроки, помощь по дому, уход за младшим братом или сестрой?

Облик  человека  является отражением его сущности. Так и внешность Барби предполагает определенную линию поведения. Не забывайте, с  какой  целью  была  когда-то создана эта кукла.

Приведу пример из жизни 11-летней Алины, которую привела на занятия в наш психологический кукольный  театр  мама,  обеспокоенная тем, что у дочери в дневнике сплошные двойки и к тому же еще не клеятся отношения ни с родителями, ни  с  младшей сестренкой, ни с одноклассниками.

Алина приносила на занятия целую кучу Барби  и  Кенов, изображая себя оторвой с рыже-фиолетовыми волосами и  старательно подражая интонациям героинь западных  мультфильмов  и телесериалов. Остальные персонажи были ничуть не лучше. Когда Алина показывала на ширме кукольного театра свои конфликты с одноклассницами или сестрой,  создавалось  впечатление, что ссорятся проститутки. Они делили  «дружков»,  завидовали чужим «шмоткам». И даже вроде бы  раскаявшись,  не  упускали случая сказать друг дружке какую-нибудь гадость. Вот, например, Алина показывает сцену примирения двух  сестричек.  Они ссорились из-за платьев, а Алина, по нашему заданию,  должна была научить их жить дружно.

Первая сестричка: «Ну, вообще-то, у  меня  платье  тоже ничего, модное, в дорогом магазине  куплено.  Но  твое  мне все-таки нравится. Ты мне его дашь поносить?»

Вторая (напоминаю, что демонстрируется пример хорошего поведения! — авт.): «Дам. (Сквозь зубы) Когда похудеешь.»

Внешне же девочка была антиподом своей  героини:  сутулой, свехзастенчивой, типичным гадким  утенком.  Только  лебедь, которым утенок мечтал стать, когда  вырастет,  был  из «Ямы» Куприна, а не из сказки Андерсена.

ИГРУШКИ ДЛЯ «ПОЛОВОГО ВОСПИТАНИЯ»

С темой Барби перекликается и тема игрушек для так называемого «полового воспитания», которые в  последнее  время появились на прилавках. Я имею в виду кукол с половыми органами. В журналах для родителей уверяют, что это очень полезно для «половой самоидентификации  ребенка».  Хотя  остается открытым вопрос: как же столько веков подряд дети «самоидентифицировались» без подобных игрушек?

На самом деле подобные игрушки — одно из  начальных звеньев в цепи мероприятий, направленных на сокращение рождаемости. В разработке этой политики участвовало много западных психологов и психиатров, была  поставлена  не одна сотня экспериментов. «Игрушки для полового воспитания»  действительно воспитывают. Только не хорошего семьянина или  гармонично развитую личность, на что надеются  родители,  верящие «прогрессивным» журналам, а их прямую  противоположность.

Но и это еще не все! Я уже видела в  продаже натуралистично изображенных мальчиков с… девичьими  бантиками на лысой головке!

Сценка на миниатюрном базаре возле нашего метро.

- А бантик зачем? — изумляется женщина, разглядывая такую игрушку.

- А я почем знаю? — пожимает плечами продавщица. -  Наверное, на фабрике перепутали… у нас вся партия такая.  Да вы бантик снимите, если не нравится, и  все  дела.  А  вообще-то игрушка хорошая, оригинальная… Я  своему  внуку  уже купила.

Как вам такое «развитие половой самоидентификации»?

САМЫЕ ЛУЧШИЕ ИГРУШКИ – ПРИРОДНЫЕ

«Это камешки, песок, шишки,  палочки,  лоскутки.  Они могут быть всем», — говорит д-р  психологических  наук  Вера Васильевна Абраменкова, посвятившая не один год своей  жизни изучению того, как влияют современные игрушки на психику детей. — А чем может быть машинка? Только  машинкой.  (Правда,если это грузовик, то, вероятно, он может стать еще  и  ящиком для хранения кубиков, кроватью для мишки или каретой для путешествий кота и проч. А чем может быть электронная игрушка с четырьмя кнопками? Совершенно очевидна ее  монофункциональная однозначность — нажимай на кнопки и все!»

А мой младший сын, ему тогда было одиннадцать, увлекся игрой в… пуговицы. Он набрал их с полтысячи, выпрашивал у родственников и знакомых. Но не для того, чтобы просто разложить по мешочкам в качестве коллекции. Это были знатные рыцари, простые солдаты, мирные горожане.  Для каждого (!) он придумал свою сказочную историю и  потом  разыгрывал на паласе — то с друзьями, а то и один  -  увлекательные баталии, сочинял захватывающие приключения. И  очень гордился тем, что таких игрушек и такой игры нет больше ни у кого.

НОЧНОЙ ЗООПАРК

Взрослый человек обычно оценивает  игрушки,  исходя  из своих взрослых представлений о красивом, смешном или  страшном. Конечно, его не напугает плюшевый тигр,  даже  если  он будет копией настоящего и сделан чуть ли не в полную величину. Сейчас в моде звери, выполненные так натуралистично, что их почти не отличить от настоящих, и  многим  родителям  это нравится. Честно говоря, они и мне еще недавно казались симпатягами.

Но побывав в квартире, где громадное зверье смотрело на меня со всех сторон: со шкафа, дивана, пуфика и тумбочки для белья, и главное, понаблюдав за пятилетней  девочкой,  страдавшей энурезом, я вдруг поняла, что такой зоопарк  способен вызвать у ребенка нешуточные страхи. Особенно ночью.

Мама не поверила, но, вероятно, все  же  насторожилась. Во всяком случае, через несколько  дней,  заглянув  часов  в одиннадцать ночи к дочке в комнату и слегка отодвинув  одеяло, которым Даша укуталась с головой, увидела глаза, в которых застыл неподдельный ужас.

- Что с тобой, Дашенька? — заволновалась мама.

Ребенок приложил палец к губам и еле слышно произнес:

- Молчи, съедят. Они только днем игрушки, а ночью живые.

Конечно, подобные фантазии могут возникнуть у впечатлительного дошкольника и по поводу самых традиционных игрушек,но степень вероятности этого несоизмеримо меньше.

МОЙ ЛАСКОВЫЙ И НЕЖНЫЙ МОНСТР

Еще опасней для детской психики  увлечение  игрушечными монстрами и монстриками, киборгами, троллями и проч. Короче, всеми теми персонажами, которые можно  по-русски  обозначить словом «чудовище». Даже если они будут с виду не такими уж и страшными, обольщаться не стоит. Игрушка не  просто  забава. Она дает детям яркие, запоминающиеся образы, и от того,  какими они  будут,  во  многом  зависит  формирование  их  морально-нравственных представлений, картины миры. Какие  чувства укореняются в душе ребенка, когда  он  привязывается  к монстру, начинает его любить? А если ребенок  будет  с  монстром играть, это неизбежно произойдет — с нелюбимыми игрушками дети не играют. Значит, он начнет видеть  в  безобразии что-то привлекательное, видеть в зле, которое в детском возрасте прочно ассоциируется с понятием  «некрасивый»,  добро. Таким образом, понятия добра и зла будут размыты, еще не  успев толком оформиться.

А ведь детское сознание недаром так  устроено,  что  не воспринимает полутонов и нюансов. Или — или. Или плохой, или хороший. Или добрый, или злой. Или можно, или нельзя. А  если сегодня можно, а завтра то  же  самое  нельзя,  возникает волнение, возмущение,  протест,  в  глубине  которых  таится страх. И это понятно: окружающий ребенка мир  сложен,  часто непостижим, ему нужны простые, четкие ориентиры, чтобы  чувствовать себя в безопасности. Потом,  когда  человечек  повзрослеет, к нему придет способность различать оттенки  понятий, качеств и отношений. Но сперва нужно заложить базу.  На шатком фундаменте прочного здания не построишь.

К психологам все чаще приводят детей, которые не  могут адаптироваться к коллективу сверстников, постоянно  вступают в конфликты и не удерживаются даже в дорогих частных школах. И  когда  специалисты начинают разбираться, нередко оказывается,  что  от природы ребенок совсем не агрессивен.  Просто  он подражает своим любимым киногероям,  воспроизводит  модели  поведения, которые сплошь и рядом предлагаются в компьютерных играх.  А начиналось все еще раньше, с выбора  игрушек.

«Чему научит детей такая забава?» — психолог  Вера  Васильевна Абраменкова показывает мне ручку в виде скелета.

Когда нажимаешь на кнопочку, скелет, сверкнув глазами, разгибает в локтях руки и выставляет вперед  кулаки,  каждый размером с его голову.

Конечно, не все дети придут от  игрушки  в  восторг  и, главное, поспешат претворить увиденное в жизнь. Но  где  гарантия, что ваш ребенок не окажется среди тех, кому это придется по вкусу? Среди дошкольников и младших школьников  немало ребят, склонных к демонстративности,  легко  попадающих под дурное влияние, вспыльчивых и расторможенных. Они в данном случае особенно уязвимы.

СТРАШНЫЙ МОЖЕТ УКУСИТЬ

Есть и еще одна опасность, подстерегающая детей, играющих со «страшными» игрушками. Впервые я задумалась об  этом после того, как у нас побывал в гостях четырехлетний мальчик из православной семьи, где очень серьезно относились к  вопросам воспитания.

Моя дочка, которой было тогда лет  семнадцать,  с  удовольствием возилась с ним целый  вечер,  предоставив  в  его распоряжение все мягкие игрушки, которые ей когда-то надарили друзья и родственники.

И потом с удивлением рассказывала:

- Представляешь? Егор брал в  руки  только  зверюшек  с закрытой пастью. А от тех, у которых видны  зубы,  отказался наотрез. Я ему и дракончика предлагала, и собаку, и динозаврика. «Нет, — говорит, и все! — Зубастые кусаются.» Так и не стал с ними играть. Странный какой-то ребенок…

Я тоже удивилась, а потом сообразила, что  перед  нами, можно сказать, уникум: ребенок, не  испорченный  современной масс-культурой. Стремясь оградить мальчика от  дурных  влияний, родители отказались от телевизора. У бабушки или в гостях Егор иногда смотрел мультики по видео, но только отечественные, так что  к  западной  стилистике  не  был  приучен. Игрушки для него тоже отбирались очень строго: никаких «монстриков» и покемонов. В садик он не ходил.  Так  что  ничего странного в его поведении не было. Наоборот, мальчик воспринимал мир так, как и должен воспринимать его ребенок. Страшное его пугало, а не притягивало. Безобразное отталкивало.

И  среагировал  он  совершенно  нормально.  Ощерившийся зверь опасен, он действительно может укусить, и  лучше  держаться от него подальше. Даже от игрушечного. При этом Егор вовсе не был трусишкой. Скорее, наоборот. Но в  нем  заговорил нормальный инстинкт самосохранения.

У тех же малышей, которых безобразное или страшное притягивает, инстинкт самосохранения повреждается. И это  может привести к плачевным последствиям.  Например,  немного  повзрослев, они вполне могут потянуться  к  наркотикам,  вполне осознавая их опасность. Но сработает усвоенный с детства стереотип: опасное будет их притягивать, а не отталкивать.

Поэтому прежде, чем купить игрушку, серьезно задумайтесь над тем, какую она несет педагогическую и психологическую нагрузку. Чему научит и какие чувства пробудит?  С  кем отождествит себя ваш сын или ваша дочь? Играя, ребенок примеряет на себя разные роли, которые  затем  опробует в жизни. Так давайте постараемся, чтобы ему пришлась по вкусу роль доброго, заботливого, благородного человека.